etoonda (etoonda) wrote,
etoonda
etoonda

"Серый кардинал" Петербурга.




24 ноября 1993-го года в квартиру начальника управления Федеральной миграционной службы по Санкт-Петербургу позвонили неизвестные. Хозяин открыл двери. Стоящий на пороге мужчина спросил: "Вы Виктор Новоселов?". Услышав ответ, гость выстрелил из ТТ в упор три раза.

Пистолет был чешский, четвертую гильзу заклинило. Но одна из трех пуль попала в позвоночник. Виктор Семенович Новоселов больше никогда не смог вставать на ноги – нижняя половина тела оказалась парализованной, он жил, превозмогая ежедневные адские боли, на огромных дозах гормонов и анальгетиков, его помощники носили его на руках в туалет, а медсестры дежурили круглые сутки в его квартире и в специальной комнате отдыха при кабинете.

Из ушлого шустрого малого, немного жуликоватого и простоватого в общении, Новоселов превратился в настоящего героя комиксов про "людей Х". Он смог не просто добиться успеха в политике. Он стал на многие годы "серым кардиналом" Петербурга. И вполне мог стать губернатором, а потом и президентом страны. Пуля, раздробившая спинной мозг задела какую-то нервную цепочку, отвечающую за страх. Новоселов перестал вообще бояться. С ним произошла совершенно невероятная метаморфоза.

– Всех можно посадить, – говорил мне Виктор, сидя на своем инвалидном кресле за огромным резным столом в кабинете вице-спикера Петербургского заксобрания. – И тебя, Дима, и вообще любого. – Тут он выдерживал паузу и затягивался сигаретой "Парламент". – Всех! Но не меня. Я и так сижу. Хе-хе-хе!

Его рыхлое от бесконечных гормональных уколов и морфия лицо расплывалось в торжествующей улыбке. В такие минуты я понимал всякие психологические теории про способность человека выйти победителем из любых обстоятельств, обернуть себе на пользу любые проблемы, оседлать свое несчастье и превозмочь себя. Виктор Семенович Новоселов смог.

В 1994 году он стал депутатом Заксобрания Петербурга. Тогда интерес к законодательной власти был просто никакой и выиграть выборы по Московскому району Новоселову, который до перехода в УФМС был председателем Райсовета было очень легко. С такой же легкостью он стал вице-спикером: ну кому охота целый день вести заседания, совещания, перекладывать бумажки, принимать сумасшедших бабушек-посетительниц и при этом не быть первым лицом, не красоваться на ТВ и не тусоваться на приемах рядом с мэром? Да и жалко же инвалида, пусть потешит самолюбие, все-таки вице-спикеру положен аппарат, штатные помощники, персональная машина. Кто будет рядовому депутату менять подгузники, привозить обед из столовой, таскать его и вообще возиться?

Через пять лет, в 1998 году Новоселов выбрался на второй срок. Там уже были другие условия: за места в Заксобрании шла настоящая война. Но по округу в Московском районе выставили свои кандидатуры только специально подобранные Новоселовым спойлеры. Никто не рискнул соперничать. Потому что все знали: это было равносильно эвтаназии. Виктор подписал бы смертный приговор любому конкуренту, не вынимая изо рта дымящийся "Парламент". К тому времени он, несомненно, был самой влиятельной фигурой в теневой структуре городской власти. Профессор Мориарти. Шелкопряд. Серый кардинал города на Неве.

Мне довелось общаться с ним достаточно близко все эти годы. Я не был его другом и особо доверенным лицом, но Новоселов никогда не скрывал своей роли и своих действий. И если видел, что его визави понимает тайные пружины власти, то с удовольствием делился своими достижениями. А Виктор в плетении интриг достиг высшего мастерства. И если в Петербурге надо было решить какой-то серьезный вопрос, все акторы процесса обращались к Новоселову.

Он дружил с Костей-Могилой и общался с ним более чем регулярно. Практически каждый день. Несколько раз в неделю обедал в "Адаманте" с Кумариным. Реже с обоими Мирилашвили. Регулярно контактировал с Дедом Хасаном. Если в Петербург приезжал Жириновский, то визит всегда начинался с их завтрака тет-а-тет. Березовский регулярно прилетал именно для консультаций с Виктором Семеновичем. И эти консультации длились по несколько часов. Люди уровня Цепова могли часами сидеть в его приемной и получить от помощника вежливый отлуп: Виктор Семенович просил передать, что неважно себя чувствует. Приходите завтра. И на всякий случай запланируйте время на послезавтра, Виктор Семенович и завтра может приболеть.

Он видел свою роль и знал себе цену. Никаких комплексов. Никаких рефлексий. И никаких сомнений. Бандитов он презирал до глубины души. Воров меньше. Березовского считал мелким жуликом. Как-то прямо мне сказал: "Он плохо кончит! Еврейские игры с семьей Бори (Ельцина) – скверная затея. Там умные. Они ему накидали фальшак, фармазоны! А этот повелся. И бабло у него быстро улетит с таким подходом. Шлепнут, даже крякнуть не успеет"

Новоселов общался с Абрамовичем. С Ходорковским. С Соросом. С функционерами китайской КПК ("Разведка под прикрытием, хотят здесь контролировать своих", – говорил мне Новоселов в ответ на немой вопрос, зачем он тратит время на бесконечные чаепития с пожилыми китайцами в черных костюмах. "Мы предложим им построить город-спутник. Надо срочно вызвать воров из Хабаровска, пусть организуют тему. Мы без них не справимся, восток дело тонкое."

И вскоре в Петербурге действительно нарисовались сначала воры с Дальнего Востока, а потом и знаменитый "китайский квартал", инвестиционный проект "Балтийская жемчужина". Новоселов слов на ветер не бросал.

Воров он привечал больше, чем бандитов. "Почему Костя не хочет брать корону? Я же все решил, со всеми договорился! Вот чудик!" Действительно, друг детства Новоселова Константин Карольевич Яковлев, Костя-Могила в то время фактически был смотрящим по Питеру от воровского сообщества. И это было не частной инициативой Новоселова: ситуация в северной столице напрягала окружение Ельцина. Надо было как-то предотвратить фатальное усиление тамбовских, выстроить противовес.

Новоселов, выкуривая пачку за пачкой "Парламента" в своем кабинете на втором этаже Мариинского дворца, придумывал схемы сдержек и противовесов. Он хотел вернуть, точнее не вернуть, а "инсталлировать", как он выражался, воров в город. Петербург никогда не был воровской столицей. И в нем не было единого суда, решения которого были бы окончательны. (Горсуд на Фонтанке не в счет, его можно было купить. А вот такого, чтобы решил – и все, не было. Это приводило к постоянным разборкам, перетягиванию каната и прочим неприятностям.

– Пойми, Дима, – объяснял Шелкопряд, наливая чай от китайских чекистов в антикварные чашечки. Церемония ежедневно проводилась в его личном офисе на Галерной улице, где в отличие от Мариинского дворца Новоселов разруливал чисто теневые проблемы. Там в приемной томились не депутаты и помощники с бумажками, а серьезные авторитеты характерной наружности. Преимущественно с раздутыми от бабла портфелями. – Городу нужны инвестиции. Толян-мудила (Собчак) только распугивает всех своей болтовней. А нам нужны гостиницы, транспорт, дороги, стадионы. И, главное, порты! Вон в области американцы от рыжего (Чубайса) третий завод закладывают! А у нас – только разговоры!

Действительно, Вадим Густов, коммунистический губернатор Ленинградской области сумел через окружение Чубайса договориться о колоссальных инвестициях: строился завод Катерпиллер, Форд, Кока-Кола. И всячески раскручивал тему "бандитского Петербурга". Типа не ходите, дети в Африку гулять! При этом в город инвесторы шли крайне неохотно, опасаясь непредсказуемых бандитов. Новоселов считал, что надо бандитов подвинуть с помощью воров. Он покровительствовал Деду Хасану, взяв его под свою опеку, планируя сделать Могилу вором в законе и дать тому верховный статус "разруливающего". Но Костя не проявлял должного энтузиазма. Да и вообще не намеривался взваливать на себя такую ношу, мечтая вырваться из удушливой болотной питерской атмосферы на просторы Москвы.

И Новоселова немного опасался, понимая: если все пойдет по плану Виктора, он, Могила, окажется не верховным судией, а просто ответственным за разруливание в команде Шелкопряда. А тут как раз наметились выборы Ельцина на второй срок. Чубайс убедил Таню, та убедила папу: если не взять срочно все телевидение в стране под себя, папа проиграет Зюганову. Операцию взялся исполнять Береза. И начал большой тур переговоров, выискивая в каждом регионе страны "ничейные" телеканалы и влиятельные СМИ, находя воров, которые могли бы их прибрать к рукам и решая, что дать ворам в качестве компенсации за их труды праведные. Причем, сделать все надо было нежно, тактично, мягко. Чтобы без воплей и крови. И желательно даже без синяков.

– Сегодня Береза прилетает, будем твою судьбу решать, – сказал мне Новоселов. – Да не физдипи ты! Все будет чики-чики. Никто не уйдет обиженным. Кстати, кто хозяин 11-го канала? Михо на паях с Сергеичем? Ладно, значит тебе повезло.

И Новоселов опять утонул в улыбке Чеширского кота. Казалось, у него не было тела. Вообще. Нечто, растекшееся по инвалидной коляске ему не принадлежало совсем. И даже руки, слабые плечи, втянутая шея - все это было просто приложением к его взгляду карих сверлящих собеседника глаз, заплывших веками. Он был головой Доуэля.

Потом, через много лет, катаясь на горных лыжах, я сломал ногу. Заклинило крепление. Пока везли до города, пока трясли в машине, осколки костей повредили сосуды и в госпитале чуть не ампутировали правую ногу по колено. К счастью повезло, отделался несколькими операциями и параличем нескольких мышц стопы. Но вот месяц на больничной койке, потом два месяца в кресле-каталке запомнились мне надолго. Я все время вспоминал Новоселова. Я ощутил себя в его шкуре. Боль, беспомощность, неподвижность. Я бы не смог. Не та закваска. До сих пор не понимаю до конца: как он сумел сделать из своей трагедии свой же триумф?!

Но вернемся в 1995 год. Тогда Чубайс подготовил указ Ельцина о закрытии телекомпании Петербург, вещавшей на всю страну, точнее о передаче ее региональной сети новому каналу "Культура". А две тысячи сотрудников питерского тв оказались не у дел. Идея принадлежала Новоселову. Меня это не касалось, программы, которые я вел и продюсировал, выходили на 11-м канале "Русское видео" и на частном Региональном ТВ и по рейтингам обходили государственное ТВ. Новоселов предложил Березовскому передать все остальные телеканалы Косте-Могиле. Сказано-сделано. Костя получил на свои компании экспортные квоты на нефть, доход от которых перекрывал все возможные расходы и за пару недель договорился со всеми вещателями.

– Только не говори никому, что теперь я хозяин! – просил меня Костя. – Пусть все считают хозяином Лисовского и Бадрика. Береза так просил. Ему Таня такое условия поставила, не любят они меня. Твои коллеги-журналисты сделали из меня какого-то монстра! А я вообще давно уже честный бизнесмен. Витя Новоселов у нас смотрящий, а не я!

Костя-Могила, конечно преувеличивал, убеждая меня во вторичности своей роли. Но в каждой шутке есть доля шутки. По влиянию на теневую политику в городе Новоселов опережал Костю.

Константин взял под свое крыло Региональное ТВ, 22-й канал, 36-й и еще парочку мелких. НТВ в этом процессе приватизации не задействовали, так как его контролировал Бобков, бывший заместитель председателя КГБ СССР Крючкова, начальник Пятого главного управления, которое и создавало группу "Мост", выставив фронтменом Гусинского. В Петербурге НТВ засунули под Мирилашвили, курировавшего "еврейскую" линию бизнеса криминала. Но Новоселов убедил Березовского в том, что тут нужен двойной контроль, так как Михо не столь надежен. Для равновесия он подсунул туда Кумарина, у которого "Русское видео" на заре своего существования одолжило пару миллионов долларов и по привычке не расплатилось. Виктор Семенович Новоселов организовал вход в "Русское Видео" тамбовского авторитета Олега Шустера. В качестве смотрящего. От греха подальше. Хоть Михо и считался человеком конторы, но в ельцинской семье конторе не особо доверяли.

Костя-Могила организовал свой штаб на Староневском. Огромная квартира с эркером, набитая телохранителями и бригадирами, всегда была похожа на осиное гнездо: кто-то входил, что-то заносил, выбегал, выносил, срывался на стрелки-терки. Костя был спокоен и благостен, восседал в своем кабинете-аквариуме в окружении иконостаса. Музыкальный центр воспроизводил псалмы и акафисты. Мерцали лампадки, пахло ладаном и немного серой, если принюхаться. Впрочем, возможно это мои фантазии насчет серы. Новоселов к увлечению Кости православием относился саркастически. «Они думают, что это им поможет на том свете. Наивные! Собирают добрые дела в общак, чтобы в аду грев получать. Хе-хе-хе-хе»

У меня были скверные отношения с губернатором Яковлевым. Он считал меня упертым «собчаковцем» и всячески препятствовал моей работе. Если у программы появлялся крупный рекламодатель, губернатор сразу просил подчиненных позвонить моему спонсору и объяснить, что тот действует неправильно. Рекламодатель виновато хлопал глазами, рвал ворот рубашки и слезно просил понять: против Смольного переть невозможно. Я пришел к Новоселову, когда все ресурсы были исчерпаны и мой проект на очередном телеканале закрылся из-за невозможности оплатить эфирное время (а независимые проекты типа моего всегда покупали время в эфире, хотя и считались собственным продуктом телекомпаний). «Виктор, помири меня с Владимиром Яковлевым, иначе мне в городе просто не жить». Шелопряд взялся решать вопрос сразу. Он понял, что сможет выгодно продать мою лояльность к губеру взамен на дополнительные очки себе, как решателю всех вопросов в городе. Через пару дней он позвонил. Мол, бегом ко мне, твой вопрос решен!

– Значит так. Ты должен участвовать в выборах в ЗАКС по округу Сергея Миронова и выиграть у него. Или максимально насрать. Это личная просьба Яковлева. Звони ему прямо сейчас, он ждет!

Я набрал губернатора по мобильнику. Яковлев подтвердил и попросил срочно приехать в Смольный. Владимир Анатольевич подтвердил просьбу. И намекнул, что мои старые грехи (участие в компании Собчака в качестве технолога, имиджмейкера и разработчика компромата. А также бодание с Невзоровым, работавшим по просьбе Березы с Яковлевым против Собчака) списаны. «Деньги на компанию даст Новоселов, – сказал на прощание Яковлев»

А вот тут началось самое смешное. Сергей Миронов метил на место председателя ЗАКСа. И Новоселов. И оба они хотели выиграть предстоящие губернаторские выборы у Яковлева. В результате я оказался вершиной треугольника. Я мог выиграть те выборы. Теоретически. Но ресурсы требовались гораздо более масштабные. В результате выборы я проиграл, хотя нагадить своему сопернику сумел достаточно. Выставил против него спойлера-мулата, по фамилии Миронов, ну и еще похулиганил на округе. Новоселов так и не расплатился с моей командой, но главное было решено: печать проклятия с моего имени была снята.

В «Астории» на завтраке с Костей я смог договориться о возобновлении моей программы в рамках его телевизионного холдинга. Я вернулся на Региональное телевидение. Костя сделал царский жест. Сказал: «я не буду с тебя брать деньги, ты талантливый. Делай и говори что хочешь, городу нужна правда. Только не говори, что я решаю эти вопросы, ладно? А то достали: Могила – хозяин всей городской прессы. Ну и что? Можно подумать, что я хуже управляю чем Михо или Сергеич! Я, в отличие от них, ни разу ни одному придурку даже руки не оторвал! Хотя ты сам знаешь, что надо бы!»

Я поехал домой, взял из ящика икону из коллекции своего двоюродного прадеда Альфреда Парланда, архитектора Спаса-на-крови и отвез ее в офис Могилы. В дирекции Регионального ТВ моя программа уже была поставлена в эфирную сетку. Это было похоже на чудо. Было самое начало 1999-го года. Мне удалось потом отплатить Косте той же монетой.

В конце года ко мне приехал офицер ГРУ. (Потом оказалось, что он был близким товарищем Березовского, контактировал с Литвиненко и вообще потом сдался в ФСБ, сообщив что он агент МИ-6, британской разведслужбы. И все делал по прямому заказу англичан. Клевый чувак. Потом я его нашел и иногда даже общаюсь по всяким защищенным каналам связи. Кстати, финн по отцу.) Этот парень привез мне кассету. На ней был зафиксирован момент контакта одного из кандидатов на пост президента России с якобы сотрудником БНД. В Дрездене. Сидят два чувака на скамеечке. Один у другого спрашивает прикурить. Тот протягивает коробок спичек. Чиркает. И возвращает коробок. Но уже другой. Агентурный обмен. Все как в классическом фильме. Я хоть и ко всякому привык за свою телевизионную и политическую (политтехнологическую) карьеру. Но тут охренел.

– Ок, я покажу. Но я связан договором с владельцем телеканала. И мне на это нужна санкция одного человека. Телефон 9600000. Как только я получу вызов с этого номера, я поставлю пленку в эфир. Что-либо говорить необязательно. Просто два звонка. Первый я сброшу. На второй отвечу. Если вы так круты, то сможете договориться с ним.

Звонка от Кости не последовало. Но утром мне в дверь позвонил его телохранитель. Вам просили передать. И протянул пакет, внутри которого была икона. В золотом окладе. Одна из любимых костиных икон, висевшая в красном углу его кабинета. Я равнодушен к православной атрибутике, но подарок оценил. Это был знак глубочайшей признательности. К сожалению, потом мне пришлось его продать, когда мы с женой строили дом и не хватало десяти тысяч долларов на отопление. А уже был декабрь. Костю убили за шесть лет до того, как я отнес этот образ знакомому коллекционеру. Он теперь у него. А у меня он как-то не прижился. Возможно из-за легкого неуловимого серного запаха, исходившего от древней доски в роскошном цыганском червоном золоте.

Но вернемся к Шелопряду. Точнее и к нему, и к Косте, и к Кумарину. К концу девяностых Могила окончательно разошелся с Кумариным и Мирилашвили. Думаю, что в этом сыграла свою роль деятельность Новоселова. И внезапно Виктор Семенович стал восприниматься всеми как чисто тамбовский. Он еще больше сблизился с Березовским, отказался от мысли о внедрении воровского управления и сделал ставку на Кумарина. Именно в те года Сергеич развернулся в полный рост: сместив с должности начальника городской милиции генерала Пониделко, который был «инсталлирован» силами Михо и Сабадаша именно с целью ослабления тамбовских, Кумарин окончательно подмял под себя торговлю топливом.

Держа тесную связь с Ириной Ивановной Яковлевой, он уже покушался на медиа-рынок Петербурга, пытаясь создать в городе холдинг своих СМИ — агентство расследований, интернет-газету, мощное бюро ОРТ и еще целый пул прессы. «Костя совсем с катушек съехал, так и передай ему, – сказал мне как-то Сергеич при случайной встрече в клубе «Голливудские ночи», – журнал светский решил выпустить с блядями (он имел в виду могиловскую «Собаку.ру»). Да разве ж так надо работать? Вот мы сейчас потянем в город первый канал и все вы отсосете!» Такие были в ту пору медиаменеджеры.

Я естественно, ничего никому не передавал. Милые бранятся, только тешатся. Но милые не только бранились. Костя стал на паях с конторой выстраивать альтернативный топливный рынок, взяв под свое крыло БФГ, крупный холдинг АЗС, принадлежавший бизнес-самородку Павлу Капышу. И в Петербурге прямо на глазах стала расти сеть заправок «Балт-Трейд», куда более похожих на нормальные европейские АЗС, чем унылые ПТК. Правда, бензин в них был одинаково скверный по оценочному суждению потребителей топлива. Новоселов откровенно лоббировал кумаринскую сеть. Решал все вопросы на уровне города, которые не мог решить сам Кумарин с губернатором.

И это было не просто увлекательной конкурентной борьбой, это была война. Кстати, в сети можно обнаружить весьма любопытные сведения, что участвовала на стороне Кумарина в боевых действиях и налоговая полиция под управлением генерала Полтавченко. Я не проверял. Но не исключаю. В той схватке были задействованы все ресурсы. С Капышем дружил Чубайс, на охоту в его угодья прилетал Черномырдин, Жириновский, Зюганов. Не говоря уж про господина по кликухе Выхухоль, готового дружить хоть с чертом, чтобы подгадить Новоселову. И с начальником контрольного управления президента, сделавшего головокружительную карьеру.

Оказавшись в ситауции войны, Капыш созвал пресс-конференцию, на которой заявил прямым текстом, что налоговая полиция Петербурга во главе с Полтавченко работает на Кумарина. И это был моветон. Капыш стал врагом тамбовских на всю оставшуюся жизнь. Оставалось ему совсем чуть-чуть. 26 июля 1999 года в бронированный шевроле-сабурбан, остановившийся перед красным сигналом светофора (перепрогаммированного киллерами) ровнехонько в стойку, где броневые листы плохо сомкнуты легли два выстрела из гранатометов. Капышу оторвало обе ноги, от потери крови он умер в течение пары минут. Киллеры, постреливая из калашей для острастки спокойно перешли набережную и сели в поджидавший автомобиль. Это было виртуозное и очень технологичное убийство. Несомненно, самое «красивое» за всю историю Петербурга. Впрочем, ответка последовала достаточно скоро.

В Заксобрании я спросил Новоселова, что он по этому поводу думает. Он был хмур и чувствовал себя скверно. «Плохая история. Гнилая. Это ОЧЕНЬ плохо. Так можно всех заказать и что?» Виктор Семенович не оценил техничность и красоту. Он был откровенно расстроен. Для него, серого кардинала города, вполне реально собирающегося через месяц стать спикером ЗАКСа, убийство Капыша было плохим знаком. «Ну зачем вот так – в центре города, чуть ли не на Невском? Насмотрелись боевиков! Если так уж надо и денег не жалко, нужно тихонечко. Вон Боря у нас специалист, спросили бы у него как это делают нормальные люди!" Раньше Борис Александрович Моисеев был вице-спикером Петросовета, а в ту пору уже депутатом Госдумы от "Яблока" и постоянно что-то решал через законодательное собрание Петербурга - пожилой профессор-химик, токсиколог, специалист по ядам и отравляющим веществам, бывший руководитель совершенно секретной лаборатории...

Новоселов как в воду глядел. Через три месяца тамбовским прилетела ответка. На улице Фрунзе служебная автомашина Вольво 940 с номерами о121оо притормозила на красный свет. Киллер подошел к машине и положил на крышу видеокассету, проклеенную магнитной лентой. Внутри был взрыватель и всего 200 граммов пластида. Заказчики хотели сделать красиво. Во-первых, тоже на перепрограммированном светофоре. Во-вторых, прямо в машине, в-третьих равновеликую фигуру. Вице-спикеру Санкт-Петербургского Законодательного собрания Виктору Семеновичу Новоселову, Шелкопряду и Рузвельту, будущему губернатору и президенту аккуратно оторвало голову. Как в кино, да. Фонтан крови из артерий залил крышу машины. Через некоторое время стороны пришли к согласию. Костя-Могила и Кумарин пожали друг другу руки и заключили мир. Костю убивали уже в Москве. Потому что Санкт-Петербург попросили не раскачивать.

Родина все-таки.



Привет . Добавляй в друзья )





Tags: запольский
Subscribe

Posts from This Journal “запольский” Tag

  • Он не знал про самый важный ресурс в России

    Он меня позвал в ад. На экскурсию. Все уложилось в полтора часа, все семь кругов. - Вот смотри, - это деньги? - он вынул из внутреннего кармана…

  • Да, сейчас трудно в это поверить!

    Дело было в июне, когда на петербургских газонах уже опушились одуванчики, а ночной дождь свеж, как выпускница на «Алых парусах» и в лужах на…

  • КАК ПРИХОДИТ БЕЗУМИЕ?

    Клаус Конрад изучал шизофрению. По призванию. Был он невротиком и любил экстремальный спорт. Скалолазание, одиночные восхождения в Альпах,…

  • КАК ДЕПРЕССИЯ УБИВАЕТ

    Если вы идете ночью по лесу, то вы боитесь хищных зверей. Ведь правда? Это же заложено в подсознании? Вам страшно, вы хотите скорее выйти из…

  • ВОЛШЕБНИК ИЗУМРУДНОГО ГОРОДА

    Володя Кропачев был врачом «Скорой помощи». В самом начале девяностых развелся с женой, тоже врачихой. Что-то не поделили в жизни. Вовка сам не…

  • ДИАЛОГИ С ВАГИНОЙ. ЧАСТЬ 2 (18+)

    Анечка родилась в маленьком городке. Точнее, рабочем поселке, но в ранге города и районного центра во Владимирской области. Час езды до трех…

  • ДИАЛОГИ С ВАГИНОЙ

    - Я места себе не нахожу, понимаешь! Вообще. Мечусь по квартире. Не ем, не сплю, я с ума сошел! На одиннадцать килограмов похудел за месяц. Вообще…

  • Чайные церемонии рыцарей черного плаща

    У него был взгляд затравленного алкоголика: прозрачные глаза таили жуткое нечеловечески страшное знание. Как дева из «Кентрвильского приведения»,…

  • Кокаинбург

    ПЕРВОГРАД Леша Тихонов был солнышком. Такой весь лучезаный, светящийся, излучающий обаяние и добровольность. Мальчик-праздник. В 15 лет он…

promo etoonda january 3, 09:01 5
Buy for 2 500 tokens
Как Россия договорится с Западом, что случится с налогами и «кубышками», почему закрыли Европейский университет и режиссёра Серебренникова, кому и когда Путин передаст страну в этом интервью. Прогнозы на 2018 год и итоги 2017-го. Сатирик Михаил Жванецкий просто ждёт, когда «снизу постучат».…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments